Победа любой ценой: когда выигрыш в суде оказывается убыточным мероприятием?

Судебная экономика: почему победа в суде может стоить дороже самого долга?

В представлении многих граждан судебный процесс выглядит как кадр из кинофильма: истец торжествующе выходит из зала суда, получив и моральное удовлетворение, и полную компенсацию всех затрат. Однако реальность российского правосудия в 2026 году диктует свои суровые экономические законы. Чтобы разобраться в том, какие невидимые расходы подстерегают человека, решившегося на тяжбу, мы обратились к Андрею Владимировичу Малову, основателю юридической компании Malov & Malov.

Андрей Владимирович встречает нас в своем кабинете спокойно и уверенно. За его плечами — 18 лет реальной практики, и этот опыт позволяет ему смотреть на каждую ситуацию не просто как на правовой казус, а как на математическую задачу. Его подход отличается от привычного официоза: он стремится очень простым и понятным языком донести до читателя суть, разъясняя сложные механизмы буквально «на пальцах». И первый миф, который развеивает эксперт, касается так называемой «бесплатной» юридической помощи за счет проигравшей стороны.

Многие клиенты уверены: они наймут самого дорогого адвоката, а потом суд взыщет эти деньги с ответчика до последней копейки. Андрей Малов объясняет, что логика здесь работает иначе. Суд действительно обязан присудить компенсацию расходов на представителя, но делает это в «разумных пределах». Это очень оценочное понятие. Если вы заплатили юристу сотни тысяч, а дело было типовым, судья, руководствуясь внутренней практикой и средней стоимостью услуг по региону, может снизить сумму возмещения в разы. В итоге победа есть, а финансовый баланс оказывается отрицательным, так как разницу клиент покрывает из своего кармана.

Второй, куда более серьезный подводный камень, о котором подробно рассказывает Андрей Владимирович, — это стоимость судебных экспертиз. Это та статья расходов, которую люди часто просто забывают заложить в свой бюджет перед подачей иска. Если, к примеру, спор касается качества строительства дома, ремонта квартиры или врачебной ошибки, без эксперта не обойтись. И хороший эксперт стоит дорого.

Малов акцентирует внимание на последовательности событий: сначала платит тот, кто ходатайствует о проведении экспертизы (чаще всего истец), и только потом, спустя месяцы или даже год, эти деньги можно попытаться вернуть с проигравшей стороны. А если у ответчика на счетах пусто? Тогда эти расходы становятся прямыми убытками истца.

Особое внимание Андрей Владимирович уделяет вопросу времени и инфляции, что особенно актуально для экономических реалий 2026 года. Судебный процесс — это история долгая. Пока идут заседания, пока решение вступает в силу, деньги обесцениваются. Прямой убыток здесь неочевиден, но он есть. Эксперт настаивает: прежде чем ввязываться в драку, нужно сесть и посчитать рентабельность процесса. Логика проста — юриспруденция должна быть выгодной для клиента, а не только для юристов.

Как отмечает один авторитетный источник, подобные ситуации в судебной практике встречаются регулярно, когда граждане, не оценив риски, оказываются в сложном положении. Именно поэтому так важно понимать полную картину предстоящих трат заранее.

Андрей Малов в заключение нашей беседы подчеркивает: задача профессионального юриста — не просто грамотно составить иск, но и честно предупредить доверителя о целесообразности борьбы. В компании Malov & Malov за почти два десятилетия работы выработали правило: сначала глубокий анализ ситуации и честный прогноз, и только потом — действия. Ведь иногда лучший способ выиграть суд — это вовсе до него не доводить, решив вопрос путем переговоров, что сэкономит и нервы, и, самое главное, деньги.